Мегалитические комплексы, в том числе – с круговым расположением менгиров, исследовались в степном Зауралье и восточном Казахстане. У саков Семиречья известны огромные комплексы менгиров, использовавшиеся в погребальном обряде. Зафиксированы комплексы, включающие в себя до 94 менгиров, расположенных вокруг крупных курганных насыпей (Акишев, 1959. С. 204-205. Рис. 1).
Мегалитические комплексы степного Зауралья, как и одиночные менгиры, расположены, как правило, у тылового шва надпойменных террас или на невысоком склоне коренного берега. К числу наиболее ярких и информативных памятников этого типа относится мегалитический комплекс Ахуново.
Комплекс был обнаружен в 1996 г. этнографической группой Челябинского университета под руководством А.А. Рыбалко в результате активной помощи жителя пос. Ахуново Ж.Т. Аитова, исследован отрядом комплексной экспедиции Центра «Аркаим» под руководством автора в 2003 г. Он является наиболее крупным из всех мегалитических памятников, раскопанных к настоящему времени в степном Зауралье. Это единственное известное в Зауралье мегалитическое сооружение, имеющее ярко выраженную кольцевую структуру.
Мегалитический комплекс Ахуново находится в 1,1 км к юго-западу от пос. Ахуново Учалинского района Республики Башкортостан, на правом берегу р. Айкреелга, на пологом склоне холма западной экспозиции.
Памятник включает в себя 13 менгиров. Два из них (менгиры 1 и 2) расположены в центральной части комплекса. Восемь менгиров расположены по линии окружности, выстроенной вокруг менгира 1. Три остальных менгира установлены в стороне от комплекса, на удалении до 190 м.
Наибольшими размерами обладает центральный менгир № 1. Его общая высота 2,05 м. Вокруг этого менгира была обнаружена окружность диаметром 3,5 м, образованная восемью ямками, оставшимися от установленных в древности столбов. Эти восемь ямок в точности повторяют своим расположением структуру окружности из восьми менгиров, каждая ямка соответствует по своему расположению менгиру в окружности. Возможно, эта окружность использовалась в древности для ведения календаря по наблюдению тени, падающей от менгира 1 на основания столбов в направлении кольцевых менгиров. Также она могла применяться как солнечные часы – гномон.
В раскопе, главным образом – в районе менгиров, а частично –под ними, были обнаружены многочисленные фрагменты керамики, в том числе развалы верхних и нижних частей сосудов. Основная часть керамического комплекса относится к черкаскульской и межовской археологическим культурам и датируется эпохой поздней бронзы, XV–XII вв. до н.э. Кроме того, в раскопе были обнаружены немногочисленные фрагменты энеолитической керамики и серия отщепов и орудий на отщепах из яшмы и серого кремня, которые могут датироваться от неолита до эпохи бронзы.
К западу от мегалитического комплекса находится поселение эпохи поздней бронзы, культурный слой которого существенно поврежден в результате хозяйственной деятельности. Из рекогносцировочного раскопа на поселении был получен черкаскульско-межовский керамический материал.
На мегалитическом комплексе под руководством А.К. Кириллова при участии Ю.Н. Никитоновой был произведен комплекс археоастрономических работ. В результате было установлено, что мегалитический комплекс был сооружен в древности как астрономическая пригоризонтная обсерватория. Наблюдения с его помощью восходов и заходов Солнца позволяют вести систематический календарь, содержащий ключевые астрономические даты: дни летнего и зимнего солнцестояния.
Наиболее надежное определение времени существования комплекса по археоастрономическим данным выполнено по измерению азимута восхода Солнца в день летнего солнцестояния. Выяснено, что этому событию соответствует направление от менгира 11 к менгиру 13. Поскольку расстояние между этими менгирами достаточно большое и горизонт хорошо виден, датировка этого события наиболее надежна. Полученное значение азимута после введения поправки на пригоризонтную рефракцию дает эпоху наблюдений на комплексе около 2400–2000 гг. до н.э.
По данным археоастрономических исследований, основные наблюдения на мегалитическом комплексе проводились от точек стояния наблюдателя, маркированных кольцевыми менгирами, через вершину менгира 1 на уровень горизонта. Отмечаемые таким образом на горизонте точки соответствуют местам касания видимого горизонта Солнцем и Луной при их восходах и заходах в ключевые даты астрономического цикла (Петров, Кириллов, 2003. С. 88-89).
Использование мегалитического комплекса Ахуново в качестве пригоризонтной обсерватории позволяет определять моменты восходов и заходов Солнца в дни летнего и зимнего солнцестояний, весеннего и осеннего равноденствий, а также восходов и заходов Луны в моменты смены северного и южного циклов ее движения.
Полученные данные позволяют рассматривать мегалитический памятник Ахуново как одну из наиболее крупных по количеству наблюдаемых астрономических событий древнюю обсерваторию Евразии. Памятник, несомненно, использовался в эпоху бронзы, во второй половине II тыс. до н.э., населением черкаскульской и межовской культур. По совокупности археологических и археоастрономических данных можно предположить, что он был построен древнее, в конце III тыс. до н.э., в эпоху энеолита; однако эта гипотеза нуждается в дополнительной проверке. По структуре и объему реконструируемых древних астрономических наблюдений мегалитический комплекс Ахуново является практически прямым аналогом английского мегалитического сооружения Стоунхендж.
Использование мегалитического комплекса Ахуново для определения ключевых дат годового цикла, по всей видимости, было связано с системой ежегодных ритуалов, совершавшихся населением Зауральской степи в эпоху энеолита-бронзы. При этом комплекс использовался не только для определения даты (ее возможно высчитать и другими способами), но и для ее зримого представления астрономического события участникам ритуала. В таком сооружении закономерности годового движения Солнца и Луны становятся доступны непосредственному наблюдению, т.е. астрономическое явление превращается в культурное событие, имеющее принципиально важное, реперное значение для повседневного существования культуры.
Ф.Н. Петров, Специализированный природно-ландшафтный и историко-археологический Центр «Аркаим», г. Челябинск