Статья "Археологический предмет в культурном слое укрепленного поселения"
С 12 по 14 мая 2014 года в Поволжской Государственной Социально-Гуманитарной Академии (Самара) прошла международная археологическая конференция: «Процесс культурогенеза начальной поры позднего бронзового века Волго-Уральского региона (вопросы хронологии, периодизации, историографии)». На конференции особое внимание вызвали материалы, представленные в докладах сотрудников и преподавателей Челябинского государственного университета и Заповедника «Аркаим» Г.Б.Здановича, Д.Г.Здановича, Т.С.Малютиной. В решении конференции признано, что результаты их работ во многом являются ключевыми для раскрытия исторической роли Волго-Уральского очага культурогенеза и ранних цивилизаций всей Северной половины Евразии.
Статьи, послужившие основой доклада опубликованы в научном сборнике ПГСГА. Результаты работы, изложенные в статьях нашли практическое применение в создании обновленной экспозиции музеефицированного раскопа на укрепленном поселении Аркаим в 2013-2014г.г.
Вы можете ознакомиться здесь с одной из этих статей.
Г.Б.Зданович, Т.С.Малютина
Археологический предмет в культурном слое укрепленного поселения
(по материалам поселения Аркаим).
Вестник ПГСГА «Поволжский педагогический вестник». .№ 3. По материалам международного археологического совещания «Процесс культурогенеза начальной поры позднего бронзового века Волго-Уральского региона (вопросы хронологии, периодизации, историографии)» 12 – 14 мая 2014г. Самара 2014.
Аннотация: В исследовании анализируются и суммируются определяющие аспекты жизни вещи в контексте с архитектурными сооружениями и особенностями формирования культурного слоя укрепленного поселения Аркаим. Выделены функциональные части дома, которые содержат в себе код для реконструкции деталей повседневной жизни древней крепости.
Ключевые слова: укрепленное поселение Аркаим, информационное поле вещевых комплексов, структура культурного слоя, скопления находок, функционально значимые находки и части дома, закрытый культурный комплекс.
Археология поселений представляет неоценимые свидетельства повседневной жизни древних социумов, которая слагается из сочетания рациональных и иррациональных факторов, составляющих некое единое целое. И это целое оказывается запечатленным в мире вещей в археологическом пространстве всего поселка и каждого отдельного жилища от момента руинизации памятника через всю временную протяженность формирования культурного слоя, вплоть до его вскрытия в процессе раскопок. Проблемы длительности функционирования поселений, последовательности формирования отдельных их частей, функциональной специфики этих частей становятся основополагающими, когда перед взором археолога открывается широкомасштабная картина многолетних исследовательских работ на том или ином памятнике.
Особое место в этом отношении, занимают укрепленные поселения, такие, как Левенцовская крепость, Устье, Аркаим [1; 2; 3]. На Аркаиме раскопанная площадь составляет практически половину памятника, более 8 тыс. кв.м. Несмотря на то, что со времени раскопок прошло более 20 лет, на поселенческих объектах эпохи бронзы Евразийского пространства такой масштаб полевых исследований до сих пор не повторен. В настоящее время преобладает методика комплексного мультидисциплинарного изучения памятников при небольшой площади раскопок [4].
Масштабы исследований и специфика поселения при наличии фортификации и организованного жестко спланированного жилого пространства обусловили своеобразную систему введения материалов в научный оборот. Помимо традиционных статейных публикаций, памятник на протяжении многих лет является центром заповедного и музейного комплекса, и его материалы позиционируются через музейные экспозиции, музеефицированные объекты, а также периодически организуемые и проводимые научные совещания и семинары.
Первые публикации материалов укрепленного поселения Аркаим в наиболее обобщенном виде появились в конце 80-х – начале 90-х годов прошлого столетия [5]. Общая характеристика материалов укрепленного поселения Аркаим была помещена в журнале Российская Археология [3]. Параллельно решались вопросы культурной специфики памятника [6]. Материалы поселения Аркаим и культурного комплекса Синташта стали основой выделения аркаимо-синташтинской культуры рубежа средней и поздней бронзы Южного Урала. Особенно яркое выражение феномен культуры получил в связи с открытием более 20 укрепленных поселений, которые стали известны благодаря методу дешифрирования аэрофотоснимков. Специфика организации, размещения укрепленных поселений в ландшафте, открытие вокруг них погребальных полей, хозяйственных территорий, рудников привели к необходимости характеристики этих памятников в рамках понятия «Страна городов», которое отражает существование своеобразной сложной социальной системы [7; 8]. В 2000 году вышел научный сборник «Археологический источник и моделирование древних технологий. Труды заповедника Аркаим», который был посвящен публикации совместных работ археологов и специалистов естественных наук на поселении Аркаим и памятниках «Страны городов». Представленные палеопочвенные, палеозоологические материалы, характеристика каменных изделий, материалы к реконструкции пищевых ресурсов, ткацкого производства, металлургии наиболее глубоко и разносторонне показали уникальную систему взаимодействия природы и человека в период жизнедеятельности аркаимского общества [9]. В близком контексте были опубликованы материалы исследований аркаимских некрополей [10; 11]. Специальные исследования проведены по металлургии, технологии и типологии керамики Аркаима [12; 13; 14]. В последние десять лет Аркаим и его округа также неоднократно становились объектами исследования археологов и природоведов [15; 16; 17;18].
В настоящее время готовится полная публикация материалов полевых исследований укрепленного поселения Аркаим. В данной статье нам хотелось бы показать один из важнейших аспектов работы с материалами к монографии, а именно, через условия залегания в культурном слое выделить особенности информационного поля вещевых комплексов памятника. Дальнейшая задача будет заключаться в определении временных характеристик в отложении артефактов (однослойность, многослойность памятника, соотношение строительных и культурных горизонтов), а также в выявлении общего и особенного в системе функционирования каждого отдельного дома, жилого сектора, ряда секторов и т.д. В конечном итоге такой анализ позволит более аргументировано развернуть характеристику различных сфер жизни, демографическую наполненность и временную протяженность существования древнего «мегаполиса».
Укрепленное поселение Аркаим представляет собой концентрическое сооружение, ограниченное возвышениями – остатками оборонительных стен и рвов. Четко выделены две вписанных друг в друга системы фортификации. Внешний диаметр развалов стен внешнего кольца около 150м, внутреннего кольца – 90м. Внешний диаметр крепости, включая понижения оборонительного рва, – 160м. Современная высота развалов стен на поверхности не превышает 0,9м. Во внешней оборонительной стене по аэрофотоснимкам выделены четыре прохода, ориентированных почти по четырем странам света. Южный, точнее ЮЮЗ, вход представляет собой своеобразную воронку, обращенную внутрь и соединенную со стеной внутренней цитадели. Современный рельеф внутри оборонительных стен отмечен остатками жилищных впадин удлиненной овальной формы, расположенных тесными рядами и ориентированных на центральную площадь сооружения.
Раскопками исследована западная часть памятника. Вскрыто 17 жилых построек внешнего кольца, 11 жилищ цитадели, прилегающие участки оборонительных конструкций, улица и часть центральной площади. Сооружения восточной части поселения определены на основе сопоставления материалов аэрофотосъемки и геофизических работ (рис. 1) [3; 15, с. 40-49].
Особенности жестко спланированного пространства, технологии древней архитектуры явились определяющими факторами формирования и сохранения культурного слоя. Основу его составляют остатки грунтовых фундаментов фортификации, котлованы и основания стен домов, погребенные под грунтами их развалов (рис.1, I). Соответственно мощность культурного слоя около оборонительных стен со стороны жилых конструкций составляет от 1,0 до 1,2 м, со стороны рвов 2,5–3,0м и более. На центральных участках жилищ мощность культурных остатков значительно уменьшается, 0,5–0, 7м.
Вещевой материал, собранный из культурного слоя раскопанной площади памятника, составил 10293 ед. коллекционной описи. Он дополнен значительной коллекцией металлургических шлаков, кусков руды, костей домашних и диких животных, остатками дерева и др. В литературе неоднократно затрагивалась тема о том, что для такой значительной площади раскопа коллекция находок невелика. Это являлось аргументом в пользу малонаселенности и недолговременности существования Аркаима. [19, с. 156].
Однако изучение особенностей залегания находок в культурном слое в сочетании с их функциональным назначением позволяет рассматривать поставленные вопросы в другом контексте. При таком анализе наиважнейшее значение приобретает структура самого культурного слоя. При планиграфической и стратиграфической раскладке материала по раскопанной площади с выделением последовательных горизонтов сверху вниз результаты показывают действительно редкую насыщенность культурного слоя находками. Принципиально иная ситуация складывается, когда распределение вещевого материала корректируется относительно значимых уровней строительной деятельности и уровня функционально значимых площадок. Важнейшее значение приобретают уровень погребенной почвы, уровень начала закладки фундамента оборонительной стены, его сопряжение со стеной дома и уровень полов жилищ. Анализ этих величин приводит нас к утверждению, что строительство на Аркаиме начиналось от единого уровня горизонта. Уровень находок определяется именно этим горизонтом, тесно связанным с горизонтом жилищных котлованов. С точки зрения планиграфического распределения материала также важны, прежде всего, строительные особенности самих жилищ и организация их внутреннего пространства.
Исследованные раскопками дома имели удлиненные трапециевидные формы площадью 110–180кв.м, котлованы углублены в древнюю поверхность на 0,4–0,5м (рис. 1, II). Одна из торцевых стен дома являлась частью фортификационного сооружения. В противоположной торцевой стене располагался выход. Продольные стены были смежными с соседними жилищами. От их основы под завалами грунта сохранились материковые выступы, ограниченные столбовыми ямками с двух сторон, а также фрагменты полусгоревших деревянных конструкций. Это свидетельствует о том, что каркас стен составляла опалубка из двух рядов столбов обшитых плахами, находящихся на расстоянии 0,6–0,9м друг от друга; утрамбованный и высушенный грунт или грунтовые блоки заполняли внутреннюю полость опалубки. Два средних ряда столбов разделяли здание по длине на три продольных нефа. Система расположения поперечных столбов обособляла значительную площадку в глубине дома у торцевой стены, примыкающей к фортификации и несколько отсеков вдоль длинных стен, оставляя свободным центральный неф. Площадка у задней торцевой стены составляла 2/3, а иногда и половину площади жилища и была маркирована наличием колодцев и печей, соединенных с колодцем. Вокруг них в виде понижения и особого состава грунта почти всегда выделяются следы свода, который некогда перекрывал колодезные шахты. Во многих случаях присутствуют отдельно стоящие печи, угловые и пристенные.
Особыми характеристиками обладает торцевая стена смежная с оборонительной стеной и территория к ней примыкающая. Анализ расположения грунтов на этих участках во многих случаях дает возможность реконструировать наличие грунтовых возвышений шириной 40–50 см, которые можно интерпретировать как скамью, алтарь, вариант суфы(?) (жилища 2-7, 2-8, 2-9). Не исключено наличие стеновых ниш. В некоторых случаях на стыке стены и пола фиксируется узкая щелевидная канавка. Хорошо фиксируются факты выделения территории вдоль торцевой стены, шириной 1,5м, как особого пространства. Она обособлена сырцовой перегородкой и столбовыми конструкциями (рис. 1, II, III).
В некоторых отсеках, располагающихся вдоль длинных стен, сооружены очаги или печи, выделены небольшие хозяйственные углубления. Во многих жилищах с яркими остатками пожарищ в боковых отсеках сконцентрированы два-три слоя углистых остатков. Они свидетельствуют о наличии внутренних деревянных сооружений, возможно, нар. О наличии нар свидетельствуют также пазы, иногда фиксирующиеся на остатках обугленных столбов.
В некоторых случаях в центральном нефе отмечены печи (жилище 2-9, 2-10) и углубления неясного характера. Следует отметить, что планировочные системы в жилищах первого круга значительно усложнены, за счет увеличения следов перестроек и количества различных сооружений.
В процессе работ с археологическими коллекциями Аркаима было выделено около 500 сосудов, 533 предмета из камня, 84 предмета из кости, 34 предмета из глины, 64 металлических предмета. В той или иной степени реконструируются около 400 сосудов, функционально определены 400 каменных изделий [20, 13,14]. Среди предметов из металла, около половины представлены отходами литейного или металлообрабатывающего производства. На основе функционально значимых предметов, археологически реконструированных сосудов создан реестр сосудов и вещевого инвентаря (МалютинаТ., ЗдановичС.). По данным реестра было уточнено залегание материалов на площади раскопа.
Основная часть находок укрепленного поселения Аркаим связана с пространством жилых помещений. Территории раскопанных участков улицы и внутренней фортификации значительно уступают в количестве находок. Участки внешней оборонительной стены содержат единичные вещественные артефакты. Наполненность находками жилищ внутреннего круга в три-четыре раза превышает жилища внешнего круга.
Обработка материалов укрепленного поселения Аркаим не укладывается в привычные схемы традиционных археологических процедур. Важной особенностью памятника являются грунтовые строительные технологии, которые определяют специфику культурного слоя. Еще раз укажем, что при создании стен и «башен» фортификации, а также стеновых конструкций жилищ широко использовался грунт – гумус, супеси и суглинки с большим содержанием карбонатов. Грунт заливался в бревенчатые опалубки, из него формировались блоки, хорошо видимые в основаниях стен. Необходимо учесть массивность грунтовых сооружений**. Руинизируясь, они создавали вокруг себя вокруг себя зону мощных завалов и обеспечивали сохранность археологически значимых материалов на уровне «закрытых» погребальных комплексов.
Анализ перемещения грунтов постепенно разрушающихся фортификационных и жилищно-стеновых сооружений, а также архитектурные особенности памятника позволили выявить значимые горизонты в залегании находок (рис. 1, III):
- (+60)–(-20) – горизонт сырцовых конструкций от самых высоких точек современного рельефа до уровня древней дневной поверхности;
- (-20)–(-40) – горизонт погребенной почвы и разрушений в процессе пожара;
- (-50)–(-60, -80) – уровень полов жилищных котлованов;
- (-230)–(-280) – уровни придонной части и дна колодцев, хозяйственных ям, рвов.
Итак, культурные напластования до уровня (-20) представлены почти исключительно остатками строительных грунтов, связанных с конструкциями оборонительных стен, стен жилищ, а также их развалами. Именно они сформировали рельеф, возвышающийся над поверхностью земли. Вещественных находок эти культурные напластования фактически не содержали. Теоретически археологические предметы могли попасть в строительные грунты в результате перестроек и перепланировок сооружений. Однако культурные слои Аркаима кардинальных перепланировок не показывают. Напротив, они отражают стабильное функционирование однажды созданных архитектурных форм и объемов, а также единство в использовании строительных материалов. Это обстоятельство с настойчивостью возвращает нас к позиции признания одновременности и однослойности памятника.
Вернемся к залеганию вещей в значимых горизонтах. Отдельные археологические находки из горизонта (+60)–(-20), костные остатки, фрагменты керамики происходят с полов помещений, расположенных на уровне древней поверхности, но внутри фортификационных стен. Единичные предметы обнаружены в нижней части грунтовых развалов и могли попасть на уровень древней поверхности с верхних оснований оборонительных стен, которые, безусловно, использовались человеком в системе коммуникаций. На уровне древней поверхности отмечены фрагменты керамики в районах западного и северного входов в укрепленный поселок. Редкие, но устойчиво встречающиеся находки с уровня древней дневной поверхности или уровней, близких ей, (-10)–(-30) происходят из двориков домов, обращенных к круговой улице или из ниш, связанных с улицей и стеной цитадели.
Территория распространения находок второго горизонта маркируется внутренним пространством жилищ. Большей частью они приурочены к площадке в глубине дома, и торцевой стене, примыкающей к фортификации. Мы вправе предположить, что они происходят из ниш в торцевой стене или связаны с напольными грунтовыми возвышениями. Уровень этих находок, обусловлен особенностями разрушения в процессе пожара.
Остановимся на залегании находок третьего горизонта, которые происходят почти исключительно с полов помещений. На полу оказались сосредоточены остатки жизни дома и его резкого обвала с выгоранием и обрушением кровли (рис. 1, II; 2). Основная часть предметов по-прежнему сосредоточена в глубине дома, на территории площадки, примыкающей к фортификации. Здесь они образуют целый ряд устойчивых скоплений (рис.1, II, ск. 1, 2, 3 и т.д.). Первое, самое крупное скопление артефактов выделяется вокруг комплекса колодец – печь/ колодцы – печи. Они располагаются по контурам углубленной площадки основания свода сооружений, у печей и в верхнем заполнении шахт колодцев. Второе - третье скопление находок тяготеет к длинным стенам вблизи колодцев. Иногда выделяется только одно такое скопление. Чаще всего это связано с наличием отдельно стоящих печей. Тогда находки приурочены к печи. Четвертое скопление находок выделяется в нижней части и на дне колодцев. Еще одно пятое скопление занимает пространство по линии торцевой стены и непосредственно к ней примыкает. Находки залегают либо в узком углублении межу стеной и полом, либо на площадке пола, ограниченной линией столбов, либо связаны с глиняными напольными конструкциями и нишами в стене.
Функциональные различия предметов приуроченных к скоплениям выделяются не особенно четко. Однозначно можно сказать, что большая часть находок во всех скоплениях этой части жилищ связана с функциями дробления и удара, и предназначена для работ по металлургии и металлообработке [20, с.78-86]. Следы этих производств отсутствуют лишь в редких случаях (жилища 2-7, 8). Большая часть каменных изделий абразивных функций и особенно качественные молотки и наковальни часто положены около стен. В районе сводов печей и колодцев, много побитых и поломанных вещей. Со дна многих колодцев вынуты молоты и молотки для дробления, молотки для ковки, наковальни. Находки вдоль торцевой стены часто немногочисленны и отличаются индивидуальностью. Можно отметить, что здесь больше предметов из кости (тупики, струги), встречаются костяные и каменные наконечники стрел или совершенно оригинальные предметы. В жилище 2-7 скопление сформировано из тонко выделанного сосуда с геометрическим орнаментом и четырех крупных изделий из опала (конкреция со сколами и коркой в виде ячеек окаменевших морских кораллов, нуклеус и два скребловидных орудия). Развалы крупных частей сосудов сопутствуют почти всем скоплениям. Хочется остановиться еще на одном наблюдении. Из скоплений керамики во многих случаях реставрируется не один сосуд, а крупные части двух или трех сосудов. Это боковины или придонные части. Отдельные части сосудов могли располагаться в разных скоплениях на разных участках и в разных жилищах. Возможно, в употреблении были не только целые емкости, но и отдельные части горшков.
Значительно меньше находок на противоположной площадке дома, обращенной к основному входу. Скопления выделяются вдоль длинных стен и в углах, около входа, их составляют сосуды или крупные части сосудов, бытовые предметы (лощила, проколки). Нередки и предметы основных производств (молотки, песты, ударные орудия). Скопления вдоль длинных стен локализуются обычно внутри отсека, ограниченного столбовыми ямками. Обращает на себя внимание тот факт, что сосуды в предвходовых отсеках некоторых жилищ, грубо выделаны и не орнаментированы.
В центральной части, точнее в центральном нефе жилища находки редки. Они присутствуют лишь там, где фиксируются остатки печей и очагов. Например, в жилище 2-3 печь расположена на стыке правой (относительно входа) боковой клети и центрального нефа, и находки лежат по всему центральному нефу до выхода (рис. 1, II; 2)..
Сопоставление архитектурных деталей интерьера аркаимского жилища и распространения находок позволяют нам сделать следующие выводы. Пространство каждого аркаимского дома строго ранжировано и в нем выделено несколько функционально значимых частей.
I. Площадка дома, примыкающая к фортификации, обособлена торцевой стеной и рядом поперечных столбовых ям (столбов-колонн) в средней части помещения (рис.1, II). Здесь сосредоточено основное количество вещей. Находки располагаются скоплениями, выделяя функционально значимые участки этой территории. К ним относятся площадка основания свода колодца и печи, две диагонально расположенные площадки вдоль длинных стен, ствол колодца и дно, и территория по линии торцевой стены. Первые три площадки имеют производственно-хозяйственное и бытовое значение. Предметы культового значения, несомненно, происходят со дна колодцев. Территория вдоль торцевой стены, возможно, связана с действиями, имеющими ритуальную значимость (в процессе закладки дома, в почитании предков?). Соответственно ее можно представить как алтарную часть. В целом, всю означенную площадку можно характеризовать как общественную и производственно-хозяйственную часть дома.
II. Территория, примыкающая к противоположной торцевой стене с входом, составляет жилую часть дома, где пристенные отсеки, могли быть выделены в отдельные комнаты, которые служили для сна и отдыха. Отсеки около входа могли использоваться для содержания скота или гигиенических нужд.
В настоящей работе мы попытались проследить размещение вещей в пространстве культурного слоя. Важно было представить их в архитектурном палеоландшафте всего поселка и каждого отдельного жилища.. В наши задачи входило выявление состава вещевых скоплений и осознание их возможной смысловой нагрузки в условиях той или иной топографической позиции. Выбранная методика анализа более рельефно и ярко показывает аргументы к выводам, которые мы отчасти уже озвучивали.
Первое важное исходное свидетельство к выводам – жилая площадка памятника до обоснования здесь аркаимо-синташтинского населения никем не использовалась. Условия находок демонстрируют Аркаим, как единовременно отложившийся закрытый культурный комплекс, отражающий некую «историческую однослойность»** или непрерывность эпохи раннего металла.
Второе, о чем свидетельствуют наборы артефактов поселения Аркаим, это достаточно строгая функциональная специфика жилой площади. Она связана с полифункциональной, многопрофильной поселенческой жизнью человеческого коллектива, а не отражает какую-либо одну узко направленную специализацию.
Третье – начало руинизации крепости связано с пожаром. Но в размещении вещей, в отложившемся культурном слое нет содержания катастрофы, войны или неожиданных стихий. Ценные, с точки зрения аркаимского человека, вещи люди взяли с собой. На местах остались выработавшие свой срок или потерянные вещи. При уходе особое значение сохранялось за некоторыми предметами – сосудами, каменными наковальнями, топорами и молотами, уникальными предметами, которые очевидно несли ритуальное содержание и оставлялись в особых сакральных местах, обозначая путь и места богов в человеческих жилищах.
И последнее. Подход к изучению артефактов памятника с точки зрения жизни археологического предмета в контексте особенностей культурного слоя имеет неограниченные возможности и перспективы. Пошаговый анализ и реконструкция деталей повседневной жизни Аркаима добавит неоценимые свидетельства его демографической наполненности и времени бытия.
Список литературы
1.Братченко С.Н. Левенцовская крепость. Памятник культуры бронзового века. Киев: издательский дом «Скиф». 2012, 307 с.
2.Виноградов Н.Б. Древнее Устье. Укрепленное поселение бронзового века в Южном Зауралье. Челябинск: изд-во «Абрис». 2013, с. 481
3.Зданович Г.Б. Аркаим - культурный комплекс эпохи средней бронзы Южного Зауралья. С.А. 1997. № 2. С.47-63.
4.Multidisciplinary investigations of the Bronze Age settlements in the Southern Urals (Russia) / eds. R. Krause, L.N. Koryakova. Bonn: Verlag Dr. Rudolf Habelt GmbH, 2013. 352 p.
5.Зданович Г.Б. Феномен протоцивилизации бронзового века Урало-Казахстанских степей (культурная и социально-экономическая обусловленность) // Взаимодействие культур и древних цивилизаций. Алма-Ата, 1989. С.179-189.
6.Зданович Г.Б., Зданович Д.Г. Протогородская цивилизация ("Страна городов") Южного Зауралья (опыт моделирующего отношения к древности // Россия и Восток: Проблемы взаимодействия. Материалы конф. Ч.V. Кн.1. Челябинск: изд-во ЧелГУ, 1995. С.48-62.
7.Зданович Г.Б., Батанина И.М. «Страна городов» - укрепленные поселения эпохи бронзы XVIII – XVI вв. до н.э. на Южном Урале. // Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия. Челябинск, 1995. С. 54 – 62.
8.Зданович Д.Г. Синташтинское общество: социальные основы «квазигородской» культуры Южного Зауралья. Челябинск: изд-во ЧелГУ, 1997. 93 с.
9.Археологический источник и моделирование древних технологий. Труды музея – заповедника Аркаим. Челябинск: п.о. «книга», 2000. 188 с.
10.Боталов С.Г., Григорьев С.А., Зданович Г.Б. Погребальные комплексы эпохи бронзы Большекараганского могильника (публикация результатов археологических раскопок 1988г.) // Материалы по археологии и этнографии Южного Урала: (тр. музея заповедника «Аркаим»). Челябинск: изд- во ЧелГУ 1996. С.64-88.
11.Зданович Д.Г. и др. Аркаим: некрополь (по материалам кургана 25 Большекараганского могильника). Челябинск. Южно-Уральское кн. изд-во, 2002. 215 с.
12.Григорьев С.А. Металлургическое производство на Южном Урале в эпоху средней бронзы. // Древняя история Южного Зауралья. Челябинск: ЮУрГУ, 2000. С. 445-524
13.Малютина Т.С., Зданович Г.Б. Керамика Аркаима: опыт типологии. /. // РА. №4, 2004. С.67-83
14.Малютина Т.С., Зданович Г.Б. Керамика Аркаима. Сравнительный анализ /.// РА, 2005. № 2. С.20-32.
15.Зданович Г.Б., Батанина И.М. Аркаим – «Страна городов». Пространство и образы. Челябинск: Крокус. 2007. 257с.
16.Зданович Г.Б., МалютинаТ.С., ГаврилюкА.Г. Некрополи укрепленного поселения Аркаим: Александровский IV. Захоронения патриархов аркаимской долины. // Аркаим–Синташта: древнее наследие Южного Урала. К 70-летию Г.Б.Здановича. Сборник научных трудов. Часть1.Челябинск: ЧелГУ. 2010. С.179-207.
17.G.Zdanovich, I.Batanina, E.Kouprianova, T.Maliutina. «Terre des cites fortifiees». Sites de la civilisation des steppes de l’epoque du Bronze moyen en Oural du Sud ‘‘Earth of fortified settlement’’. Sites of the civilization of steppes of the Middle Bronze Age in southern Ural /. //L’Anthropologie. Vol. 114, № 4 (Sept. 2010). P. 469-492.
18.NaganoH., S.Sugihara, V.E.Prikhodko, D.V.Manakhov, I.V.Ivanov, M.Matsushima, S.Okitsu, E.Manakhova, G.B.Zdanovich,S.Funakawa, M.Kawahigashi and K. Inubushi Microbial biomass and greenhouse gaseous dynamicsof Eurasian steppe soils with different land-use histories located in Arkaim of South Urals, Russia / // Soil Science and Plant Nutrition. 2012. V. 58. Р. 238-244.
19.Массон В.М. Ранние комплексные общества Восточной Европы // Древние общества юга Восточной Европы в эпоху палеометалла. СПб.: Европейский Дом, 2000. С. 135-166.
20.Зайков В.В., Зданович С.Я. Каменные изделия и минерально-сырьевая база каменной индустрии Аркаима. // Археологический источник и моделирование древних технологий. Труды музея-заповедника Аркаим. Челябинск: п.о. «книга», 2000. С. 73-95.
_____________________________________________________________________________________________________________
*Толщина внешнего фортификационного сооружения Аркаима соответствует массиву Великой Китайской стены или Антонинову Валу, очерчивающему границу Римской империи (ширина 4,3м, высота 3м).
**Под «исторической однослойностью» мы понимаем отражение в культурных слоях укрепленных поселений специфического процесса культурогенеза. На базе, возможно родственных, но значительно отличающихся между собой по культурным традициям и общему уровню развития степных человеческих сообществ за короткий исторический отрезок времени формируется нечто общее, окрашенное уже единым стилем, но еще несущее в себе исходное многообразие.
Список иллюстраций
Рис.1. Укрепленное поселение Аркаим. I - общий план, а - раскопанная территория, б - геофизическая реконструкция, в - жилища 2-2, 2-3; II - жилища 2-2, 2-3,
а общественная и хозяйственно - производственная часть; б - жилая часть; III - разрез
культурного слоя, 1 -основание оборонительной и торцевой стены жилища 2-3, 2 - слой развала стен, 3 - слой пожара, 4 - пол дома, 5 - фундамент и развал глиняной перегородки
Рис. 2. Укрепленное поселение Аркаим. Жилище 2-3. Комплекс предметов горизонта 3. 1, 3, 4, 6, 7 - камень; 2 - глина, 5-8 - керамика, 9 - бронза
